***Постец***

Шото Элли плохо спалося. Во сне она видела вафельных тортиков, но не успела как следует дотянуться, как тортики исчезали. Кароче, пришлось просыпаться и ползти… В районе кофеавтомата Элла столкнулась с Уйо, который тоже полз куда-то и бормотал под нос «Если нет лавэ в кармане, если мучает кумар…». С другой стороны холла выползал СуньВынь, эмпатически продолжая реплику «То тогда на целом свете начинается кошчмар…».
— Вы чего муторитесь тут? — спросила кошка.
— Понимаешь, — простонал Уйо, — настоятель объявил строжайший пост. У меня с самого утра во рту не пылинки.
Уйо чихнул и пошарил лапой под техникой. Выкотилося одно маленькое печенько. Он схватил его и, размачивая горькими слезами, начал откусывать. СуньВынь голодными преданными очами смотрел на духовного брата, но скромность не позволяла ему попросить маленькую крошечьку.
— Ни плачте! — пожалела Элла страждущих, — я сейчас подам вам склянку водички.
Но вода из крана не бежала. Почему? Непонятно.
— Понимаешь, — заголосил СуньВынь, — настоятель сказал, что пить тоже теперь нельзя, и мыться нельзя, ибо организовывает он общество любителей трезвых речей, чтобы отечественную легкую промышленность хоть как-то на ноги поставить, а то совсем пообносились аскэты.
— Ничего страшного! Сейчас залезу на крышу, расстелю брезентик! После обеда передавали дождик, может и накапает чего-нибудь хорошего. Заодно прикид на выкройки сделаем в полевых условиях. И да, в натуре, сколько там той зимы, а дальше он и сам не выдержит.
— Надеюсь! — завыл Уйо лакримозой.