***Кам3лаНие***

— А де вечерняя сказка? — спросила Элла, свертываясь калачиком в корзинке.
— И-и-и-и-так! Сегодня на арене цирка… Фокусы показывает… Уйо! Уйо! Уйо! Папиросим! — СуньВынь не удержался и свалился в корзинку около Эллы.
— Ну всё! Теперь целый вечер будем слушать духовно-гносеологическую ахинею, инкрустированную элементами критического двоемыслия, — на полном серьезе предположил настоятель и свалился. Не, не в корзинку, ибо там места уже не было, а около, но кошка подкинула одну маленьку подушку, чтобы не очень ударился больным местом.
— Ладно, кхе, кхе, кхе, — прокашлялся Уйо. — Не смотря на нелестные отзывы публики, слушайте. Жили-были люди. Не аскэты, обычные. Нескучно жили. Неплохо. Кхе-кхе. Время от времени они посылали кому-то мольбы о погоде, об урожае, о здоровечьке своем и многочисленной родни…
— И тёти Цили, — подсказала Элла, приоткрыв один глаз. — Тётю Цилю не забудь! Ты ведь знаешь, как она обидчива!
— И капусте, — вставил ценную инфу настоятель, втихаря вытаскивая еще одну зелёно-жёлтую подушку из корзинки.
— Да, о здоровьечьке тёти Цили, чтобы ей подольше здоровилось на безшоколадной диете, — согласился Уйо, вспоминая невсуе разбитый о свою голову дорогущий китайский фарфоровый сервиз. — Потом они посылали проклятия. Баранам из соседнего стойла. Козлам из продуктовой лавки за углом.
— Знакомому архару, — не удержался СуньВынь, не замечая, что у него из-под носа увели еще одну подушку, и мечтая о своем, о женском.
— Точно. Знакомому архару! — как-то непривычно сразу согласился Уйо. — Придуркам из местных органов. Отморозкам из одного участка.
— И т.д., и т.п. Не увлекайся! — снова отозвался настоятель.
— Да, да, продолжаю. И вот должен был появится кто-то, кто бы эту инфу передавал по адресам и выписывал…
— Стукачок? — спросил с надеждой СуньВынь.
Настоятель нахмурился.
— Почтальон Печкин? — перекричала СуньВыня Элла.
— Ни ума, ни фантазии у вас. Только перебиваете! Боженька, жеж! Ну не, не как личность, а так. На уровне ППУ!
— Пенополиуретана?! — Элла подправила подушку, немножко недоумевая. СуньВынь не рискнул на этот раз понедоумевать немножко.
Настоятель нахмурился еще больше.
— Приемно-передающего устройства! По-моему, очень удобно и практично, — прокричал Уйо и драпанул со всей дури по лестнице наверх, ибо ему во след полетели и подушки, и корзинка, и мольбы, и проклятия.
— Ой! — пробасила кошка, наивно хлопая глазками. — А он не обидицца за такое?
Но сверху доносилось только истерическое уйошье ржание.
— Нет, ни разу, — флегматично закончил Настоятель сказку. — Спи давай, маленькая кошка! Поздно уже!