***Пролёты свободных таракашек***
— Откуда вы знаете, что я человек, может быть я только так — странствующее странно! — заявила кошка Элла, украв откуда-то умну фразочку и вытаскивая из кастрюли с варёной картохой серо-буро-малинового гомункулуса, щедро посыпанного укропом и политого оливковым маслом.
— Элла, ты снова упоролась, и аккупировала кухню, и шота варишь, вонь на весь манастырь стоит, — ныл веган Уйо, нарезая кабачки себе на завтрак, но вместо того, шобы становицца кусочками кабачков, кабачки превращались в фиолетовых жучков и медленно уползали куда-то под плинтус.
Гомункулус смешно дрыгал ножками и норовил поймать ртом уйошного жучка.
— Не трожь, маленька редиска, — заявил Уйо, — Ишо не радился, а уже намылился отбырать у старших кормушку.
— Та нихто твоих таракашек не трогает. Всего две штуки, и те недоделанные, оно какие худосочные. Сдалися мне они. У нас с гомункулюсом дела поважнее будут, а ты тутка сиди и тараканов дальше разводи, раз пол не помыл, — Элла взяла желейного человечка в зубы и куда-то унесла.
— А да, раз уж к слову пришлось, то ничё я не варю, а плавлю реальность на тахионных часах Вселенной, шобы их подправить, бо секундная стрелка затупилася и калакольчик на минарете отбывает не тем склянки! Видел картинки Сальвадора Дали, не? Это оно. Но на самом деле я миксую шариков с бобиками, шобы освободить пространство нереальных траекторий для маловерятных событийных рядов, шобы затем миксануть бобиков с шариками! А всё почему? Потому что мне надо как-то веселицца, но даже этого коша не делает, потому что умная и потому что лень! Приятного аппетита, мой миноритарный светик-семисвечник ненаглядный, очей моих радость бы тебя не видеть, — крикнула она на прощанье.
Дверцы шкафчика с сушёными приправами громко хлопнули, прищемив гомункулу хвостик. На голову Уйо посыпалось орегано вперемешку с хмели-сунели.
— Да, куши не обляпацца, блюдо поперчили, а дихлофос в амбаре на пятой палке слева, ржавая баночька, если эконом его не выпил заместо коньяка с Дурру Ибн Хасаном, — добавил гомункулюс свой фингал, злобно зыркнув на Уйо. Туда же побежали и таракашки.
