© Asserti Arturo «Если»
Если внимаешь чужому творению,
То пишется коротенькое стихотворение.
Если без каски ходишь по стройке,
То от прораба головомойки.

Если на плите открываешь газ,
То жарится яичница за раз.
Если жена отказала соседу,
То будет в ночи отпадная беседа.

Если в трусах занимаешься сексом,
То подавились пожарники кексом.
Если в машине заглохнул мотор,
То побыстрей благодарь автодор.

Если в подъезде накакал сосед,
То будет тебе шоколад на обед.
Если уборщица шустро убрала,
То догони и расквась ей ебало.

Если в калошах потеешь ногами,
То пользуйся, батенька, олвейсами.
Если на щётке кровавая смесь,
То до жены ты сегодня не лезь.

Если поют за окном аллилуйя,
Жди от попов вечерком сабантуя.
Если иконки поставили в ряд,
Проводят божественный хит-парад.

Если ты знаменитый, в груди у тебя агонь,
То приходи к сибаритам, с нами попостить изволь.
Быстро вещала Эллачька пачками стихов,
Доступно написанных даже для мудаков.

***Подайте***

Есть такая традиция передавать денежку за проезд по всему салону. Соточка путешествовала именно таким образом. Вдруг Элла увидела соточку, а соточка увидела Эллу. Элла схватила соточку в лапки и шустро покинула транспорт в неизвестном направлении.

Уйо ехал без билета до тех пор, пока СуньВынь не сунул ему свой.

***А музыка звучит***

Учитель жил на горе. В гору вела лестница на 1000 ступенек.

Каждый день Элла поднималась в гору в поисках учения.

— Элла, что такое железная флейта? — спросил Учитель.

— Не знаю, — ответила Элла.
— Иди медитируй. Завтра расскажешь.
Наступило завтра, потом послезавтра, потом послепослезавтра…
Железная флейта превратилась в саксофон, потом в арматуру, потом в фонарный столб…
1000 ступенек. Вверх-вниз… Вверх-вниз…
— Элла, что такое железная флейта? — спросил Учитель.
Элла молчит.
— Элла, железная флейта — не авторитет.
— Я знаю.
— Тогда зачем ты бегаешь сюда каждый день?
— Чтобы рассказать тебе, что такое железная флейта.
— Ты слышишь?
— Не, я разрабатываю икроножные мышцы, — и Элла задумчиво покосилась на мокасины с крылышками.

***Слава Яйцам от Кащея, Бабы Ежки, Бармалея***

— Уйо, СуньВынь, что означают эти значки? — Элла тыкнула пальцем в планшет.

— Всё очевидно. Первый значок. Солнечный диск. На фоне солнечного диска лодка. В лодке два рыбака. Сидят спинками. Гутарят. Рыбку ловят. Второй значок. Солнечный диск. На фоне солнечного диска лодка. Лодка пуста. Над лодкой две птицы... — объяснял Уйо.

— Так ли уж очевидно, как всё? — перебил его СуньВынь. — Значит так. Первый значок. Миска. В миске молоко и две мухи. Сидят. Жрут.

— Гадят? — поинтересовалась Элла.

— Не перебивай. Второй значок. Пустая миска. Над миской две мухи. Улетают ловить собак.

— По пьяни, — уточнила Элла.

— Ааааххааххааха... — сказал Настоятель.

— Не в тему... — подтвердила кошка.

***Подарочек не отдарочек***

Элла: Уйо, вот тебе простая коробочка. Мне подарили, но я не люблю сюрпризы.

Уйо: Ты заглядывала внутрь?

Элла: Неа. Я сказала, что не люблю сюрпризы.

Уйо: Это я тебе подарил.
Элла: Ты заглядывал внутрь?
Уйо: Ага. Я тоже не люблю сюрпризы.
Элла: Тогда отдавай назад.
Уйо: Зачем? Ты же не любишь сюрпризы.
Элла: Если кто-то знает, что внутри, то это уже не может считаться сюрпризом, а я не люблю сюрпризы.
Уйо: Тогда я принесу тебе не простую коробочку, а золотую.
Элла: Ко-Ко!

***Подарочек не отдарочек***

Элла: Уйо, вот тебе простая коробочка. Мне подарили, но я не люблю сюрпризы.

Уйо: Ты заглядывала внутрь?

Элла: Неа. Я сказала, что не люблю сюрпризы.

Уйо: Это я тебе подарил.
Элла: Ты заглядывал внутрь?
Уйо: Ага. Я тоже не люблю сюрпризы.
Элла: Тогда отдавай назад.
Уйо: Зачем? Ты же не любишь сюрпризы.
Элла: Если кто-то знает, что внутри, то это уже не может считаться сюрпризом, а я не люблю сюрпризы.
Уйо: Тогда я принесу тебе не простую коробочку, а золотую.
Элла: Ко-Ко!

***Завтрак***

Уйо смотрел через бинокль на звёзды.

— Наблюдаю быстро сучащую лапками кошку. Кошка машет хвостом под углом сорок пять градусов с частотой три тысячи в минуту. К чему бы это?

— Начни издалека. Рассмотри версию о медленно ползущем по небосводу метеорите, — посоветовала Элла.

— Элла, я знаю, кто ты!

— И кто же?

— Страдающий анорексией тонкий тролль тонкой душевной организации.

— Бля, вот только службистов не приплетай сюда.

***Завтрак***

Элле лень было лезть в трапезную, поэтому она выдрала клок шерсти из хвоста и с умным видом произнесла: "Трах тиби сдох!". Потом вставила клок назад.

Через холл пролетела тарелка с котлетами и опустилась прямо перед кошкой на диванчик. Сразу за тарелкой прилетел Уйо.

— Элла, это магия, это нельзя, тебе в ад захотелось?

— Афицианта не вызывали. Экскурсовода тоже. Не видишь, мне лениво сегодня. А магия — это то, чем одни сверхумные пугают других сверхумных. Я же кушать заказала с помощью технического средства. Польжуркобрикатетер, называца. Гэвээна не трогала даже. Так что отвянь, пионер.

#польжуркобрикатетер #оптом

***SOS***

Кошка крутила в лапах две беленькие фигурки в коротеньких футболках. На спинках у фигурок виднелись красные литеры. Банальные М и Ж.

— Элла, чем ты маешься вместо того, чтобы домашку писать? — СуньВынь строго насупил густые сросшиеся на переносице брови.

— Головоломку складываю. В инструкции написано, что из этого можно собрать одно целое.

Элла кивнула на толстый чёрный томик, лежащий на столе.

— Крест на обложке? Что означает?

— Наверное, торговая марка производителя… Лучше помоги.

СуньВынь взял фигурки в лапу, лениво листанул несколько страниц и наугад зачитал:

— Здесь мелким шрифтом приписано: «Поэтому оставит человек отца и мать и соединится со своей женой, и двое станут одной плотью». Ты уверена, что головоломка комплектна?

— Стопудово. Это же не замок или Макаров, да и не все такие тупые афродиты, как мы с тобою. Сейчас возьмём помощь друга… — кошка вытащила телефон и набрала номер. — Уйо, ты де? На пенсии? Но вчера же не был? Где ты, а где вчера? Короче, слушай сюда. Нам нужна консультация. Да, можно по видеосвязи. Часов на пять. Как думаешь, должно хватить для поднятия целины? Быстрее сможешь?! Да ты шо? Не верю! Ну ладно! Договорились. Цёмки-бомки! Ждём-с!

***Паклёп***

— А Элла, вместо того, чтобы петь в цырьковном хоре наравне со всеми, только пасть открывает! — наябедничал Уйо Настоятелю.

— Уйо, тихо, не буди лихо. Я и так чуть было не оглох во время последнего похода через пустыню! — зашипел СуньВынь предостерегающе.

— Во-первых, ябедничать некрасиво, во-вторых, Элла всю дорогу мирно спала в люлечьке аки младенчик! — выдал ценные сведения Настоятель.

— Кто же тогда ревел?!

— Ты и ревел! Причём так громко, что оглох на оба уха.

***Образы и Подобия***

Левые братки Моё тяжко трудились с самого утреннего утречка. Они в поте лица своего ваяли формы. Вот СуньВынь оканчивает работу над симпатичным высоким блондином, по профессии дипломатом, знающим несколько современных ему языков. Уйо лепил прекрасную смуглую черноокую девушку, играющую на лютне нежные мелодии своей далёкой утраченной родины. Элла в немом экстазе порхает над формой бравого вояки, волею случая, оказавшегося участником сложных дворцовых интриг.

— Как сделать, чтобы они туда полезли? — размышлял Настоятель, безбожно синтезируя разные образы для получения базовых архетиповых моделей с целью автоматизации производства.

— Намажем из середины сладеньким!

Элла разводила в стеклянной мисочке шоколадную массу.

— Будем определять, кто в форме, или как-то-так? — спрашивал Уйо у СуньВыня.

— Какая разница, если траектории формам жёстко прописаны мною лично. Главное, чтобы тридешки ожили, а театр заиграл, как шампанское в бокале на солнце, — отвечал Настоятель.

— Говоришь без разницы?! — засмеялся СуньВынь, и они с духовным братом, покинув мастерскую, полезли в первые попавшиеся под быстрые руки и неумные головы шедевры нечеловеческого гения.

Даже нескольких минут с их участием не хватило представлению. Формы раскалились. И вот уже мягкий биовоск стекает с лиц жирными каплями, оголяя суть. Несколько световых часов трудов праведных безнадёжно похерено, но они не угомонились. Настоятель и Элла, наблюдая с прекрасного высока Моё, только ухмыляются, почему-то упорно игнорируя резко возросшее энергопотребление любимого домашнего кинотеатра.

Вот братики быстренько перевоплощаются в бомжей-трансвеститов, медитирующих в канаве у придорожной бензоколонки на проезжающие автомобили. Вот им уже надоедает играться. Становится немножко жарковато. Еще немножко.

— Чёйто потеплело! Глобальненько, — и Элла хитро подмигивает Настоятелю.

— Внезапно, но это приятная детская неожиданность! Я считаю, — согласился Настоятель.

— Сууууукиииии! — вой Уйо со стороны ржаных полей за бензоколонкой прервал их медитативную беседу.

— Что вы наделали? Как нам вернуться назад?

— Усовершенствовали материяльчик. На досуге, так сказать. Там ниточку тэтанированную ввели, там нанотрубочек полипропиленовых накидали. Ну, вы понели! — рассмеялась Элла, несмотря на всю серьёзность момента.

— Вернётесь, обязательно вернётесь. Своим ходом, как и все остальные обитатели форм, а сейчас работайте, — бесстрастно произнёс Настоятель.

— Нам будет вас не хватать, но мы обещаем вас любить. Сильно-сильно!

Элла облизала миску из-под шоколада.

— Бля! — только и смог сказать СуньВынь Уйо.

Конечно, они вернулись. Конечно, мы пошутили.

***Над вертепом звизда ясна***

Во втором часу ночи в один прекрасный июньский день во дворе под окнами пентхауза из маленьких портативных колонок зазвучали колядки. Уйо и СуньВынь со всей мочи гребли додому из вечерней смены.

— Придурки, угомонитесь! — наполовину высовываясь из окна, зарычал Настоятель. — Чем вы только занимались восемь часов кряду?

— Как чем? Плоть ели, кровь пили, на базарной площади громко вопили! — по пьяни сболтнул лишнего Уйо.

Подул холодный ветер, повалил густой снег, фригийский колпак слетел с головы Настоятеля и чуть не придавил малолетних разбойников.

— Ты чего бодаться? Разве не знаешь, что мы психологи, а не людоеды?!

— Там и спите, психологи-пубертатники! Только пасть закройте. Хотя бы до утра, когда в стоматологии приём начнётся!

И Настоятель захлопнул окно.

— А сам?! — пробурчала кошка, вытаскивая дубликаты ключей от келий из сейфа и запуская голодранцев через потайной лаз в монастырь.

***Фокусы***

Кошка гоняла по холлу небольшие чёрные мячики. На лестнице показался Настоятель. Он страшно вытаращил глаза и дико завопил:

— Элла, зачем ты нанесла чёрных дырок в монастырь? Эти образования маленьким кошкам не игрушки!

— Они славные! Не ори, как свинка на заклании. Совсем перепугал бедных бусинок воплями. Идите ко мне, мои хорошенькие! Элла вас не бросит на произвол судьбы.

— Уйо, немедленно возьми инструмент и выкинь за дверь весь этот бедлам.

Пока Уйо собирался с мыслями, допивал кофий, чесал репу в поисках метёлки, дырки запищали в ультразвуковом диапазоне, собираясь в ожерелье, нанизались на пушистенький Эллин хвостик, и она быстренько убежала в сторону озера.

— Вот же нелёгкая принесла проблем на ночь глядючи! — бурчал Настоятель, ища калоши, чтобы валить по болоту в поисках обидчивой кошки.

— Иди, иди, князь прекрасный! И какошник в придачу не забудь. Клянёмся, что тебя там уже лебедячья царевна ждёт-недождётся, а то заколебал всех своих целибатом!

В холле нарисовался СуньВынь, пряча за пазухой несколько беглянок, и они с Уйо, подсмеиваясь, громко и радостно заквакали на все лады.

Внести в ЭМ-карточку показатель психоэмоционального состояния пациента. Показатель измерять в условных единицах и на первом этапе считывать из системы Собственник25. На втором этапе подтягивать данные из баз антикваррбюро. Результаты лечения скидывать в единый реестр решений и дублировать посменным сторожам.

глупидеи_кошкэлы

***На работу! На работу!***

— Доктор СуньВынь, я честно-пречестно буду жрать твои целебные сахарные шарики, которые ты всю ночь заряжал у выключенного монитора… Я не буду патякать лишнего… Я буду самым лучшим газиком… А-а-а-а! Только не пихай меня в эту зеркальную коробку непонятной формы! Дался тебе этот быч современной цивилизации… — пищала Элла сквозь сон.

— Элла, просыпайся! Нам пора на работу… — приговаривал Настоятель, теребя кошку за ухо и поправляя длинную закинутую за плечо косу.

— Ты ждёшь уже? Который год? — пробормотала Элла, немного выходя из анабиоза и возвращаясь в сознанку.

— 2018. С половиною!

— И в этом нет твоей вины… — кошка укоризненно глянула на подушку, потихоньку расчехляя пушистый хвостик.

***Рамааш-Ка***

С целью основания ашрама решил Настоятель отвезти музыкально страдающую с математическим уклоном братию на ту гору, из которой сам свалился перед тем, как попасть в Моё.

Сели они и поехали все вместе шумною гурьбою. Доехали уже тогда, когда смеркалось.

— А ну! Быстренько накололи дров и осветили местность! — скомандовал Старшой Брат.

Маленькие братия быстренько достали картишки и привычно сели играть в подкидного дурашку. Увидев, как Элла достает из ниоткуда седьмого в колоде червового туза, Настоятель не удержался и стыдливо прикрыл ладошкой третий глаз.

— Кто не работает, тот не ест, — заявил он, наивно думая, что ситуация кем-то контролируется.

Но его очень внимательно выслушали. В скорбном молчании извлёк Уйо бутыль с тёмно-коричневой жидкостью и пустил по кругу.

— Хлёб наш насущный… Хлёёёёёёёб… — прикладываясь, пробасил речитативом СуньВынь.

— Боже! Они даже кака-колу сюда притащили! — запричитал Насяльника.

— Узбагойся. Тебе не дадим, чтобы не искушать! Мы тоже лекции о флотации в детстве читали. Сами как-нибудь, — успокоил его Уйо, рассматривая при лунном свете поднимающиеся на поверхность бутыли углекислотные пузырьки.

— Хоть бабками скиньтесь, я в супермаркет сбе…

На полуслове он схватился за грудную клетку и бухнулся наземь.

— На хатку хочет… — с важным видом произнесла Элла, шустро руля тремя козырными пиковыми валетами.

— Ну хватит дурачится! Средняя температурка по больничьке в норме, — оборвал её СуньВынь, внимательно сверяя показания ручного терморектального криптоанализатора с раскинувшимся над их головами подправленным звёздным атласом.

Короче, не прошло и получаса, как новое место было полностью обжито и превращено в старое доброе аббатство Моё.

Настоятель еще три ночи дулся, прячась по кустам и пугая отряхивающихся медведей, но истину о том, что всё меняется в этом мире подлунном, и только котики непостоянны в своём прекрасном постоянстве, таки постиг.

***Картографы***

На софе в пентхаузе рядышком сидели Уйо и СуньВынь. Тыкали пальцами в нетбук и шептались.

— Чем они так заняты? — спросила Элла у Настоятеля, заглядывая через плечо СуньВыня на экран.

— Выживальщики! Изучают географию районов эвакуации на случай возможного армагедона.

— Не мелочатся, не мелочатся, если с Проксима Центавры начали изучение, — заржала Элла.

— Ну дык… Это же Самый Большущий-Пребольшущий Пиздец в Новейшей Истории, а не какие-то там хухрышки-мухрышки задрыпаные.

***Cлышают, смоделят***

Послеполуденная жарень. Беляши, пахлава, чурчхелла. Шум прибоя. Друзяшки отдыхают. Элла, удобно устроившись на аппликаторе Ляпко, сладенько урчит. Между пальмами в гамаке из натуральной лозы храпит Уйо. У СуньВыня в ушах аудиоберуши. Он брезгливо кривится, пряча лицо под широкополой шляпой и пробуя звуковой рок-волной победить немелодичный храп Уйо.
Вместе с осколками пивного стекла, паклями водоростей, использованными презервативами, молочно-белыми медузами к берегу прибивает огненно-красный катамаран с Настоятелем.
— Эгегегей, бракоделы! Не спать! — кричит он.
— Дракоделы! — поправляет оппонента СуньВынь.
— Сракоделы! Чего стеснятся? Излишняя скромность фраерка сгубила, как известно, — добавляет Уйо.
— Крекоделы! Почти святых, деман! — мяукнула Элла из укрытия.
— Угомонитесь! Тоже мне инженеры душ человеческих выискались! Пить не найдётся? — жутко кряхтя и посвистывая, Настоятель выполз из катамарана на песок.
— Не, конечно. Обычные сенструкторы китайские! — дальше Элле стало лень общаться, и она перевернулась на другой бочок.
СуньВынь снял с головы запасную пару солнцезащитных розовых очков. Уйо вытащил из-под гамака старенькие поношенные вьетнамки. Они протянули весь этот нехитрый скарб Настоятелю и, молча, указали в сторону моря.

Рубрика: Эллины. Коротенькие. Сценарии Ы /
006***

На одной небольшой квартирной площади проживало два поколения. Воцерковленный глава семьи, считая телевизор злом цивилизации, извлекает и прячет предохранитель. Его жене охота смотреть очередную «Санта-Барбару». Она знает, где тайник, но сама туда лезть не решается, поэтому подговаривает дочь, а та, в свою очередь, мужа. Заговорщики находят предохранитель и смотрят ТВ, пока глава семьи молится в церкви. Заметив, что семейка стала очень умной, тот быстро догадывается о причинах и учиняет зятю допрос с пристрастием. Зять плачет и кается, перекладывая вину на жену и тёщу. Тем не менее, разгневанный батя изгоняет молодую семью в коммуналку, разрешив забрать из движимого только кожаные куртки и золотые цепи, купленные ими на первую шахтёрскую зарплату. Те уходят, матерясь и желая старшему поколению, чтобы у них прорвало водопровод и побились все хрустальные стопарики в серванте.

***Долго плывём***

В безвоздушном сияющем пространстве находятся две голубоватые сущности. Сказать о направлении их движения нельзя. Нет ориентиров, только маленькая чёрненькая точечка мерцает вдали.

— То патухнет, то пагаснет. Они нам сигналят? — интересуется ЖуЖу.

— Не, — отвечает ЖиЖи. — Экономят энергию, то существуя, то не существуя. Яхве сказал, что слишком много жрут, и он прикрутит краник.

Рубрика: Эллины. Коротенькие. Сценарии Ы /
005***

Жил-был царь английский. Решил он поисследовать языки на предмет древности. Приказал слугам изолировать младенчика и внимательно слушать, какое первое слово тот произнесёт. «Брееееед!» — протянул читавший Поршнева в оригинале младенчик, когда пришла пора продемонстрировать лингвистические способности.

Долго радовались англичане, доказав, что именно их язык прамировой.

***Когда дождит***

Элла и Уйо бдели у окна пентхауза. Они глазели на медленно ползущие по стеклу капли дождя, внимательно рассматривали крышу проезжающего мимо троллейбуса, судачили о раскраске зонтиков прохожих.

— Знаешь, Элла, всю жизнь был уверен, что на выходе из небесных сфер мне чего-то недодали.

Элла лениво потянулась и для проформы спросила:

— Интересно, чего?

— Как минимум, 5 сантиметров ног. Погляди на того пешехода. У него мои сантиметры. Еще пышную окладистую бороду кому-то другому по блату пихнули, — и Уйо указал на сочную фигуру выходящего из церкви священника.

— Ой, Уйо, ты только подумай… — СуньВынь решил поддержать тему, — а у вооон той поворачивающей за угол девушки твоя упругая попка. Сам видел, что по накладной она должна была тебе достаться.

И он сделал безуспешную попытку ущипнуть братца за тощий задик.

— Возможно чего-то и не додали. Но чтобы одарить его носишкой, обездолили соточку народу. Как минимум! — сообщил читающий на софе газетку Настоятель.

***О некоторых преимуществах «женской логики». Конец***

Минуло немного времени. Обдумав несколько возможных тупых сценариев развития событий и вкладывая побольше энергии в приоритетный для него, Уйо решил «продолжить общение».

— Элла, глянь! Акулка на привязи. Так она никого не укусит.

— Зачем мучить акулку? Она галодна! Я сейчас отвяжу.

С озабоченной мордой Элла кинулась делать это.

— Элла! Я пошутил. Акулка не привязана.

— Тем не менее, я её всё равно отвяжу, — засмеялась кошка.

***О некоторых преимуществах «женской логики». Начало***

Уйо нравится создавать радость, любовь и свет. Элла заметила эту нездоровую склонность и решила поприкалываться. Объектом был выбран кактус, которым Уйо особенно гордился, уделяя ему всё свободное время.

— Уродливое страшное создание, — бросила кошка пробный камешек.

— Тем не менее, он полезен, — дополнил кошачье утверждение Уйо.

— Вреден и ядовит, — съязвила Элла.
— Хорошо. Пусть так. Вреден и ядовит! — согласился Уйо.
— Неа! Я передумала. Полезен и красив.
— Но ты же… Да. Я согласен. Полезен и красив!
— Ты меня не понимаешь. Кактус твой урод, а Элла полезна и красива.
— Э-э-э-а-а-а! Ты сука!
Вот так он в очередной раз вышел на проезжую часть без катафотов.
— Элла! Чем ты там промышляешь? Ты мне здесь нужна! — послышался из пентхауза голос Настоятеля.
— А труп Уйо тебе не нужен? Ещё тёпленький!
Кошка послала вверх воздушный поцелуйчик.
— Ладно, Шива новоиспечённый. Сам дурак. А сейчас мне некогда! Ухожу. Сказкам же о том, что мы занимаемся грязной мокрухой, не верь. У нас не детсад, и, тем более, не благотворительное заведение.
Элла фыркнула и сиганула по перилам в пентхауз.

***шалим***

— Я вижу, у вас здесь сущность пошаливает. Левая?! — с умным видом поинтересовался Доктор Настоятель у Эллы.

— Ай-яй-яй-яй! Бяда-бяда! И долго она будет шалить?

Элла расчехлила инструментик.

— Кто? — переспросил Уйо.

— Как кто? Сущность! Левая же! Или еще и другие завелись?

© Arturo Asserti

Долго плакали приблудные бохи на вершине бабилонской башни, наблюдая за тем, как люди называют любовь картошкой, и утешаясь тем, что они малость бисграмотны.

***Паралимпийцы***

Собрались боги на Лимбе по срочному вызову головы. Тот Наконец явился, опоздав всего на несколько тысяч лет.

— Зачем звал? — разносился семейными рядами недовольный гомон.

— Ценную инфу получил от земных осведомителей.

Все сразу умолкли, потихоньку включая смартфонные диктофоны.
— Так вот. Стибренная напряжённая арматура у Иваныча в гараже, — на полном серьёзе заявил голова, поправляя хипарского чубчика.
Боги заржали.
— И что нам теперь делать?
— Нужно её вернуть!
— Кому?
— Лакшминому.
— Мы лично должны?
— Не, можете нанять грузчиков, если бюджет позволит.

***Соньчики***

С вечера Уйо уснул на эльском диванчике. И снится ему сон. Как будто и не сон, а реальность.

По широкому прозрачному мосту, сверкающему в лучах заката, опускаются три величественные фигуры, одетые в тёмно-синие с перламутровыми вставками балахоны и высокие серебрянные короны. Каждая фигура несёт в руке зажжёную свечу. Лица их сокрыты капюшонами.
Подошли они к диванчику. Склонились над светлым ликом Уйо. Зашептались.
— У него всего два значимых события в жизни. Как мы сможем принять его в наш клуб литературный? Не вижу смысла. Не на чем варить.
— Не два, а три. Окончание школы — самое важное.
— Ага, врачи потом долго крестились от счастья и махали платочками во след.
— Сейчас проверим.
Элла легонько цапнула Уйо за плечо.
— Натаха, отвали. Ну не стоит у меня поутру. Сколько раз объяснять? — проговорил он, сам не понимая, что несёт.
— Я Леночка. Слышишь. Леночка. Жена твоя.
— Ой… Бля… Что будет!
— А вы говорили! Братец зело скрытен. Нужно поглубже копнуть, — продолжила Элла свою речь.
Тогда Настоятель сильнее огрел братца по голове небольшой волшебной палочкой.
— В гараже украденная у завхоза Иваныча напряжённая арматура. В гараже. За газонокосилкой спрятана. Красною ленточкою перевязана, щоби не врекли.
Элла подозрительно глянула на СуньВыня, припоминая у кого еще могли быть ключи от монастырского гаража.
— Ці руки нічого не крали, — пролепетал СуньВынь, пряча грязные ладошки за спинку.

***Правильная организация катарсисов***

Однажды вернулись из длительной коммандировки в никуда СуньВынь, Уйо и Элла. Подошли к воротам родного монастыря. Увидели на них большущий плакат «Секта Святого Тымка».

— Вапще сбрендил на старости лет! Тымко! Тымко-о-о-о-о! — предельно чётко выразился Уйо.

— Хотя бы войдём. Отдадим дань памяти, — внёс предложение СуньВынь.
— Таки да. Погнали.
Посреди мрачного сырого холла стоял стол. Около стола едва виднелась молчаливая чёрная фигура в капюшоне. Сквозь ветхий потолок просачивались капли крови. Отвратно пахло вяленым мяском.
Бочком протиснувшись в дверь, троица шустро спряталась за трупом кофеавтомата.
— Не обращайте внимания, что я не придуриваюсь никогда. Не гоню. Мне некуда деваться. Это потому, что я не научился доверять. И не вынесу больше боли.
Настоятельская речь произвела впечатление. Подул лёгкий морозный ветерок. Последняя слабенько коптящая свечка потухла.
Они переглянулись и зашептались.
— Ого! Ничёсы! Внимание! На жалость давит. Исповеди ждёт, — предельно чётко выразился Уйо.
— Любовь — это вам не буги-вуги… Хочет узнать, сколько мы бабоса срубили за последние времена. Но фигушки ему! — внёс предложение СуньВынь.
— Таки да. Погнали.
И они начали припоминать. Что не смогли вспомнить, то дофантазировали. За папку, за мамку, за соседку, за собачьку Жучку, за кошку Мурку, и, кончено же, за мышку. Увы, но мышка попалася безымянной. В смысле, без имени.
Пока Элла с любовью рулила, Уйо и СуньВынь потихоньку подбирались сзади.
— Забыл заблочить многомерку, — разочарованно присвистнул Настоятель.

***И снова о цифре 3***

На сегодня обещали крупные осадки и выступление заезжего экстрасенса. Поскольку все шибко грамотные в наш просвещённый век, то цирьковь набилась под завязку.

Под алтарь выползла знаменитость в зелёном и начала раскладывать реквизит. Туда же занесло и Эллу. Она с наивным видом протянула магу беленькую шариковую ручку. Думая, что кошка просит автограф, экстрасенс набычился, готовясь ответить жёстким отказом.
— Возьми, родимый! Чтобы тебе, бедненькому, по карнизами не шариться в поисках, мы её сразу нашли за тебя и отдаем. В надёжные руки.
На ручке несмывающимися чернилами было напечатано: «ТЫ ЛОХ! В КВАДРАТИКЕ!». Глаза у колдунишки полезли на лобик. Рот раскрылся в немом экстазе. Потом оттуда вылетело нецензурное ругательство вперемешку с дикими требованиями:
— Пока эта зараза не покинет помещение, я ничего вам не покажу! Ни грамма черной магии, ни люкса божественного света!
Элла помахала лапой публике и со словами «Теперь он ваш!» покинула помещение. На улице падал дождь, под козырьком стоял улыбающийся Настоятель с зонтиком.
— Ну и как? На этот раз получилось?
— Они же все поголовно обижаются на квадратик, поэтому вгрузили по самые помидоры! — рассмеялась Элла.
— Главное, чтобы энурез у него побыстрее закончился, — мечтательно произнёс Настоятель, и они ушли в серую пелену дождя.

***Бонапети***

В трапезной вкусно стучали ложками по посуде. Ожидаемо идиллию нарушил Настоятель. Он стоял на пороге с выпученными глазами и большим ворохом претензий:

— Зачем вы, гады, понавесили на стены кучу непонятных значков?

— А шо тебе не нрав? — поинтересовался СуньВынь, удобно сидящий под большим латинским крестом, почёрканным штрихами во всевозможных направлениях.

— Мы просто украсили интерьер. Кто чем смог, кто чем смог, — объяснял Уйо, рассматривая висящую над головою большую задницу с клизьмой в кружочке.

— Как вы не понимаете — это же символика наших конкурентов? А вы ее тут пиарите на халяву? — не унимался начальник.

— Ну и что, что конкурентов? Ну и что, что шарим на халяву? Если конкурентам очень хочется поработать во имя нашего блага, то кто им может запретить? — резонно заметила разместившаяся на подоконнике большущего витражного окна Элла.

***Просвищаемся***

— Ты знаешь, что чувство голода вызывает повышенную агрессию? — спросил листающий очередную умную книжку СуньВынь у валяющей дурака в библиотеке Эллы.

— Мда… А я то думаю, почему этот поц разрешает отделу обслуживания принимать клиентов с жалобами на монашков только по пятницам и еще иногда в среду до обеда.

***Гонка вооруржений***

Уйо купил самокат и гонял по коридорам монастыря, дикими визгами пугая залётных голубей.

— Бляха-муха, и чем мы хуже?! — думала Элла, приделывая к своему транспортному средству педали, крылья и маленькое запатенченное по самое нихачу хрензнашо.

Теперь Элла могла кататься по местному саду, летать в небе над монастырём, нырять на дно пруда и даже исследовать флору и фауну близлежащего болотца.

— Кто-то говорил, что зависть плохое чувство?! — поинтересовался Настоятель у СуньВыня, в телескоп наблюдая, как Уйо модернизирует свой самокат, пробуя прикрутить к нему лазерную пушку.

— Кто-то говорил… — грустно подтвердил СуньВынь.

В результате самокат не выдержал лихой доли и развалился под собственным весом.

***Карточка***

Кто-то забрал общую проездную монастырскую чипированную карточку. Пришлось Настоятелю лично переться в спецлабораторию, чтобы отследить потенциального преступника, взяв с собою за компанию СуньВыня.

— Да это же Элла! — воскликнул тот, пробуя осознать хаотические перемещения по карте маленькой зелёной точки, чтобы составить очередную схему. — Она что твое спецзадание выполняет?

— Ага, ща! — засмеялся Настоятель. — Если и выполняет, то не моё. Просто объезжает местные супермаркеты в поисках самой вкусной сырной булочки.

В ответ СуньВынь задумчиво произнёс:

— Ах кошка, такая кошка. Она явно не понимает, что все булочки выпекаются на нашей кухне.

— Ах, рогалики, такие рогалики. Хоть бы крышу в секретном заведении подлатали, что-ли, — думала Элла, наблюдая, как курсирует по городу мусоровоз.

© Arturo Asserti (xxxx — yyyy)
Здесь сирый склеп, здесь тлена дух витает.
Мертвец на дудочке в капель играет.
Та дудка не проста. Берцова кость.
Украдена у раввина с Замосць.
Грустна мелодия, едва слышны слова,
Читают тору — не один, а два.
Сгустились тени в бренной синеве,
Оканчивать сей стих не вам, а мне
Поручено судьбой жестокой,
Одновременно близкой и далёкой.
Сгустились тени в бренной синеве,
Остался мысли след в людской молве…

***Доложите, кто в силах***

Приём докладов на общемонастырский сходняк был в самом разгаре. За покрытым красною парчовою скатертию столом с важными мордами восседали Элла и Уйо. Они только что сплавили очередного недовольного и собирались проведать кофеавтомат. Но в проёме показался СуньВынь, моментально заполнив децибелами маленькое душное помещение.
— Бляди! — кричал он. — Почему вы отклонили мой доклад о нелинейных взаимосвязях между размером монашеских мокасин и духовным качеством святых кексов?!
— Спору нет, — начал Уйо примирительным тоном, хотя жрать ему хотелось не по-детски, — твой доклад, однозначно, гениален, впрочем, как и ты сам.
— А мы тут ни при чём! А мы тут ни при чём! Тебя рецензент послал путями праведных. Во! — и Элла тренированным движением извлекла из папки толстый картонный лист, на котором большими печатными буквами кто-то подлый накарябал: ДОКЛАД ФУФЛО. АВТОРА КАСТРИТЬ. ХОТЯ НЕ. ОН И ТАК ИМПОТЕНТ.
— Хто? Хто посмел?! — СуньВынь начал задыхаться от злости.
— Его Настоятельское Сиятельство вас объективно оценило, — заржал Уйо в кулачёк.
— А шо старшой савсэм не в курсе, что он соавтор сего опуса? — Элла заделала круглые глазки.
— Суки грёбанные! Вы же знаете, что ему некогда, и всё равно за своё…
— Конечно, конечно. Ты, главное, клеточки не трожь. Нервные они!
— Настоятель всех скопом послал, а мы уже оформили в письменном виде. Так шо звиняй. Как сумели, как сумели…

© Из женского соцсетевого юмора
Не пишите мне любовные послания.
Напишите мне докторскую диссертацию.

***Нихады под окнами***

Шли по улице вдоль монастырской ограды Элла и Уйо. Внезапно из окна верхнего этажа выпал вазон с кактусом и брякнулся им под ноги.

Уйо вопросительно глянул на Эллу.

— Не бери в голову. Стадо мутировавших оборванцев-дикарей под чутким руководством Настоятеля дорвалось до верхних измерений в наивной уверенности, что они теперь делают погоду в этом городе.

— Ааа! — мечтательно произнёс Уйо. — Ну-ну!

Элла вытащила утащенную за ланчем вилку, которою до этого смачно ковырялась в зубах, и метко засадила в щель между кирпичами. Уйо аж прибалдел. Он никогда раньше не слышал, чтобы оконные рамы матерились в декартовой системе координат.

Тем временем СуньВынь, а это был именно он собственной персоной, кряхтя поднял телеса с тротуара, отряхнулся и, метко послав кому-то «твари небесные недоделанные!» присоединился к парочке, успевшей скрыться за углом.

© Antoni Dark «О скитаниях вечных и о луне»
Две стороны луны.
Они как будто не видны.

На небе круглая луна.
Она одна.

Луна to moon, мой апельсин.
И он один.

Опять насрали в лунно дно.
Оно одно.

***Контра в келее***

Уйо обнимал тумбочку и плакал, пилил тумбочку и смеялся, спрашивал тумбочку и сам же отвечал, перебирал грязное бельишко и совал обратно, обдирал лак и покрывал матом поверхности.

Забежавшая в келию после завтрака Элла хотела что-то уточнить, но нюхом почуяв торжественность момента, воздержалась. А вот духовный брат нет.

— Чё те, сист.элла-свистелла?

— Чё уставился, налик луны? От процесса не отвлекайся. Что тумбочка... Люди вон в трансформаторных будках делятся откровениями, в надежде, что их услышат.

***Вносим изменения***

Настоятель большим ластиком подтирал монастырский устав, вводя некоторые изменения в пункт о правах на владение оружием: дабы обеспечить уравнения полов, разрешить рыцарям носить сиськи, соски и носки.

Рыцари, кончено, возбухали, что в швейных машинках шпульки не правильной конструкции, но полы равняли, как дано богом.

***Чип И Дейл***

Ремонтники ЖуЖу и ЖиЖи по паспорту Ми Мур и Ли Мур.
Однажды один спросил у другого:
— Будем кататься на гондольерках или на гондольерах?
— Нет желания.
Так они стали оно.
Но сказать, что лишнехромосомное, тоже нельзя.

***Легенда о Элигуе Мастиффе***

— Эгегегегей! Мудачье! Живо за мною, твари! — разносилось по длинному коридору.

Сорвавшийся с цепи Настоятель нёсся на всех парах в прекрасное далёко с метеостанцией в руках и кайлом в зубах.

Недоумевающее мудачье стояло в сторонке и тихонько перешёптывалось.

Элла: Он чё? С будуна?

Уйо: Чеспионерское! Мы его не трогали!

СуньВынь пожал плечами.

Элла: Нам нужны псевдокопии настоятельские?

Уйо: Копии всегда получаются хуже, чем оригиналы.

СуньВынь одобряюще хмыкнул.

Короче, остались они там же, где и стояли. Прошло некоторое время, и им под ноги вынесло настоятельское тельце.

Элла: Живой?

Уйо: Запаха не чувствуется.

СуньВынь потянул носом.

Настоятель боязливо приоткрыл один глаз.

— Вы кто?

Элла: Как холодно?

Уйо: Ты замыкаешь круг?

СуньВынь: Не внемлет?

Настоятель (тяжко вздыхая): Уверенья бесполезны…

Маленькую лампадку заволокло тучами. Три склонённые над телом фигуры скрыло туманом.

— Почему? — закричал он в грозную темноту небес.

— Я создал тебя, чтобы ты создал меня. Ты создал меня, но ты меня не нашёл. Ищи же!

***О дырочьках в ключиках***

— Покажи вверительные грамоты! — запротестовал Настоятель, внезапно обнаружив лезущую в пентхауз через слуховое окно Эллу.

— Усики, лапики, хвостики — вот мои документики! Может тебе еще ключики показать? — поинтересовалась кошка и злобно крутанула хвостом.

— Тогда скажи, кто круче: маг или медиум? — продолжало клинить товарища-голову.

— Также как сознание или незнание. Никто. Некоторые вещи стоит не знать, тогда их нельзя выболтать. У нас экзамен?

Умудряясь поддерживать беседу на приличному уровне, Элла рыскала по шкафчиках в поисках конфет.

— Ты уходишь от ответственности?

— Незнание не освобождает от закона! — манерно отвечала Элла, поправляя пелеринку. — Я люблю свою. Работу. Я приду туда. В субботу. Пожалуй.

И она помахала ключиками, улыбаясь.

***ШАРК-С***

Кошка крутится у прилавка.

— Какой классный смартфон! Глянь, Сунька! Корпус царапиноустойчивый. Цвет респектабельный. Чорненький.

— Угу.

Тот, кого назвали так немелодично, нервенно-хаотично нажимал кнопки на своем.

— Ой, Вынька! А пленочку нужно покупать? Ну, чтобы экран защитить!

— Зачем? Пленочка слишком толста. Просто не носи его с ключами в одном кармане.

— У него проц драконский! И оперативы до фига!

— Это точно! — СуньВынь начал выходить из себя.

— Я буду по нему видео смотреть в НеDлиже, — кошачии глазки излучали радостный свет.

— Блэ-э-эть, Элла! Покупай уже! Сколько можно примеряться?! — в сердцах высказал стоящий за прилавком в роли продавца Уйо.

Элла хитро подмигнула.

— …, тот воистену уже имеет свою награду! — подвёл итоги Настоятель, проговаривая первую часть фразы в молчании и жутко перекручивая вторую.

© Шуткина Элла
Вялится мяско в подвале.
Замариновано впрок.
Эллу покушать позвали.
Будет в субботу пирок.

***Ерундиты***

Внезапный порыв ветра принёс в голову Настоятелю увесистый булыжник. Он шустро подобрал подол платьица и потрусил в сторону монастыря.

— Иди сюда, красавчег! Я тебя поцёмаю, — Элла всегда проявляет сочувствие и покладистость, когда её ближние вступают в дерьмо.

— Задумайся о жизни своей бренной! Кому и в каком месте ты пути перешёл! — взывал Уйо, предлагая заняться постректальной мозговой деятельностью.

— Нет смысла. Камень уже прилетел. Их тоннами воруют на наших дорогах, — не согласился СуньВынь. — Не мудрствуя лукаво о причинах, полечим следствия.

— Видать, ты дурачина? — спросила Элла, в домино играясь и гнева божия ни разу не пугаясь.

— Какая разница? Я выбрал долю сам, не веря ни пророчествам, не чудесам, — буркнул Настоятель, закрашивая водку йодом и опрокидывая стопарик. — На…

© Arturo Asserti

— Учение, провозглашающее, что осознанное самоубийство сопряжено с утратой вечной жизни, попаданием в геену огненную и другими карами небесными, на которые хватает фантазии у досужих гуру, имеет своей целью продуцирование и эксплуатацию человекорабов.

Улыбаясь:

— Приходи, когда захочешь.

Рубрика: Эллины. Коротенькие. Сценарии Ы / 004***

Одинокого холостого мужчину донимает его семейное положение. Все знакомые-друзья давно и надёжно, а ему не подфартило с женою и детками. Да и характер у него отвратный. Кто же согласится. Зато есть небольшое приданое: трёхэтажный особнячок в заповедной зоне и неплохая коллекция фруктов. Но он скучает. Как ни странно, скука приводит его в местную поселковую библиотеку, где на столе у окна в толстом слое пыли он находит книгу монаха бонпо Лю Сяй, в которой описана техника визуализации.

Дальше неразборчиво.
#ЭКСЫ