***Групповая динамика в контексте нарушения монастырского устава***

Когда все собрались в большом зале, освещенном разноцветными лампочками… Лампочки Элле показались важными в этом рассказе. Так вот. Когда все собрались, Элла произнесла.
— Итак, братия Моё, мы собрались здесь, чтобы рассмотреть очередной поучительный пример, и кое-что уяснить для себя. Рассмотрим взаимоотношения в гипотетических группах братьев наших, идущих «хрен их знает куда». Я считаю, что со временем в таких группах выделятся братья, которые «зашли немного дальше» «хрен их знает куда». Должны ли они бежать в тыл группы и стимулировать братьев, которые «зашли немного ближе» «хрен их знает куда», чтобы те двигались намного быстрее в своём движении «хрен их знает куда»?
— Я считаю, что братия, которые «зашли немного дальше» «хрен их знает куда» ничего никому не должны! — ответил Уйо тоном заправского военного.
— Предлагаю перейти к более «конкретной конкретике» и рассмотреть две группы. Назовём их условно «группа Люцифера» и «группа Иисуса». И там, и там выделился брат, который «зашёл немного дальше» остальных, — предложил СуньВынь.
— Феноменально, что в обеих случаях этим братьям, благодаря «их невъебенным достижениям», удалось настолько настроить против себя остальных, что группа объединилась, чтобы мокрануть общими усилиями «оч. умных выскочек». Одного в «только не бросайте меня в терновый куст», а другого сначала «подвесили в неудобной позе». Редкостные примеры единения в стиле «все против нарушителя монастырского устава». До того ведь они так себе — кто во что горазд по принципу «лебедь, рак и щука». Кстати, «Иисусу» пришлось затем вернуться и повторно пообщаться со «своими», что несомненно пошло ему на пользу, — добавил от себя Настоятель, раскрывая тему детальнее.
— У «Иисуса» был личный интерес возвращаться, после того как он «сошёл в ад и повоскрешал там всех, до кого сумел дотянуться»? Я думал, он это делал только ради своих учеников! Под таким углом зрения я эту проблему не рассматривал, — удивился Уйо.
— А то как же! Они ведь решили, что избавились, завидовать перестали, облегчение почувствовали. И вот на тебе! Весь в свету, глазам открыт. Да они кипятком писали от злости, когда его увидели. А затем последовал анонс «Скоро! Очень скоро! Не пропустите премьеру. Распятие во всех церквях мира!», — очень убедительно вёл свою речь Настоятель.
— Нет, «Иисус» хороший. Ты всё врёшь, Настоятель!
— А где, Уйо, я сказал, что «Иисус» плохой? —пришёл черёд удивляться Настоятелю. — Вот «Люцифер»… Тот еще «до свержения в ад» определился, что кипяток ему на декартовой системе координат не нужен и сразу «побежал в тыл группы». В церковном символизме это деяние отображено «монстранцией».
— Ты думаешь, «Люцифер» — коллективист? Я всегда был уверен в обратном, — вновь удивился Уйо.
— Даже лучше, Уйо! Всё намного-намного лучше, — произнёс Настоятель, делая очень серьёзную рожу лица.
Элла и СуньВынь переглянулись и захохотали. Зал одобрительно захлопал в ладоши.