***Кошка не о кошках***

В одном очень красивом месте стоял дом. В доме жили очень богатые люди, а под забором того дома ночевал бомжара безродный голодный бессловесный. Заметили его, пожалели, сунули в руку стодолларовую купюру со словами: «Иди, бедолага, покушай хотя бы!» Тот взял деньги, пропал на несколько часов, но под вечер снова дрыхнул под забором. Задумались тогда люди и решили его более капитально подкормить, предложив банковскую карточку с нехилой суммой. Бомж взял карточку, пропал на несколько часов, но под вечер его обнаружили под забором. Это заинтересовало жильцов и наполнило их жизнь новым незабываемым смыслом. Как они только не изгалялись. Возили чела по магазинам со шмотками-побрякушками-звонилками, дарили автомобили-яхты-самолёты-особняки. Однако под вечер бомж оказывался на своем любимом подзаборном местечке.
В конце концов, умерли те люди, и пришли под райские врата. Открыл сам Господь, грустно вздохнул, покачал головою:
— Добрые вы люди, рад вас видеть, но пустить в рай не смогу!
— Кто ж тогда на Земле заслужил право на рай? — удивились они.
— Вон тот бомжик, что под забором трели выводит, — ответил им Господь, еще грустнее вздыхая.
— За какие-такие заслуги ему столь подфартило? — добрые люди уже не скрывали негодования, забываясь на миг, кто перед ними.
— За то, что терпел вас столько лет! — и Боженька указал на кусты, в которых юродивый давился, но стоически доедал последнюю из врученных ему зеленых купюр. Потом со словами «Иди сюда, шут гороховый!» обратился к бомжу.
— Предполагаю, что если бы вы не спонсировали тунеядца, из него бы и вышло что-то путное. Хотя бы дворником устроился, — продолжил он свои объяснения, — а так…
— Слышь, чувак с пропеллером над головою, ты же меня знаешь. Сдохну, а работать не буду. Это мое последнее слово! — похоже, произошло внезапное исцеление, и немой обрел дар речи.
— Ну, короче, вы меня поняли! Вот потому и держу заразу в раю! Правда, мое общество его изрядно достает, и время от времени он сбегает назад на Землю, но всегда к вечеру возвращается. Пробовал Сатане его сбагрить. Только тот теперь на пушечный выстрел не подпускает нас к аду, мотивируя тем, что если черти узнают, работу бросят и все, как один, под заборы смоются.
— Мы поняли ситуацию! Извини за беспокойство! Прими наши глубочайшие соболезнования в связи с кончиною столь бесценного кадра! — добрые люди быстренько откланялись и покинули райские врата, радуясь, что так дешево отделались.
А Господь сел под забором и заплакал.