***Как мы проходили собеседование***

Ночело. Дождило. В монастырскую дверь постучали. Уйо схватил со стола огарок свечи и выпхал наперёд СуньВыня. У того хотя бы рыцарский костюм со времен тамплиеров сохранился.
— Я это ты, ты это я… — скороговоркой объяснил свою диспозицию Уйо.
— Открывать или не открывать? — спросил СуньВынь флегматично.
— У нас свободных коек нет. Понятно?
За дверью стояли два незнакомца в тёмных плащах. На головах капюшоны.
— Смеркается. Примете? — послышался голос из-под капюшона.
— Мы принимает только тех, кто знает не меньше пяти иностранных языков! — с ходу начал выдумывать Уйо.
За спиною заржал (тут другое слово должно быть) СуньВынь.
— Вот вы какие языки знаете? — нимало не смущаясь, продолжал Уйо.
— Древнеатлантический, новоатлантический суржик, лемурийскую скоропись, язык протомарсианской цивилизации и масонскую тайнопись бегло, — отозвался первый незнакомец.
Тут Уйо немного не въехал.
— Чего? — переспросил он на всякий пожарный, надёжно подпираемый сзади СуньВынем.
— Язык мимики и жестов, язык тишины, адаптированный для растений диалект языка тишины, пайтон, падонкаффский сленг и, конечно, язык тёщи, — отвечал второй незнакомец.
— Чьей тёщи? — смутился СуньВынь. — Ну ладно, заходите. Как-нибудь…
— У вас же свободных коек нет, — резонно заметил первый.
— Мы здесь неподалёку переночуем. На минарете. Заодно полюбуемся на Луну. Посмотрим, как плещется рыбка в пруду, — сказал второй и задумался на секунду.
— Да. Не волнуйтесь. Там, где журналистки-пенсионерки с почасовой оплатой. Только этажом повыше.
И они ушли, а братья, по-быстрому захлопнув дверь, перекрестились. В это время у СуньВыня зазвонил телефон.
— Кто это, СуньВынь?
— Настоятель, блт!
— Почему? Номер же не определён.
— У него одного на всё село стоит АОН, Уйо.
Протяжно засвистело в трубе. В вершину минарета ударила молния. Планета плавно входила в фазу землетрясений.