***Усатый Нянэль***

Увидев, что попозже к вечеру Настоятель усадил однояйцовых малолеток-близняшек за парту и что-то усиленно им втирает, Элла всплеснула лапками от удивления:

— Боже, наконец-то ты соизволил заняться детками!

— Ладно тебе, они и так почти святые. Совсем немножко полирнуть осталось!

В этот момент Уйо громко заревел.
— Ату его палкою, палкою! Чё так нагло нарушает безмолвие! — посоветовала, заинтересовавшись, кошка.
— Папик мой, мой! Тебе не дам! — причитал Уйо, из-под насупленных бровей грозно зыркая на Эллу.
— Успокойся, маленький, я всегда только твой, вот весь как есть, и даже немножко сверху! — Настоятель погладил страдальца по головке, восполняя, как умел, недостаток ласки.
СуньВынь в этом время молчал, скромно пряча глаза и усиленно рассматривая что-то на штанине.
— Чё молчишь? — произнеся эту банальность, Элла посчитала свой долг отечеству отданным и со спокойною душою полезла под стол.
— Я недостоин. Ты же только что прояснил эту вещь Уйо! — произнес СуньВынь с горечью в голосе и противной мелкой дрожью в коленках.
— У меня индивидуальный подход. То, что можно цаце, нельзя паце, но тут ты однозначно прав, тебе не ко мне! — согласился Настоятель. — Элла, Элла, ку-ку, ку-ку! Ты деееее падевалася?
— Меня нет. Забудь! — под столом что-то подозрительно зашуршало, потом затихло.
Братья со словами «Ты меня уважаешь!» чокнулись и затянулись так, что наш корреспондент не смог разобрать, что где, кого и когда, поэтому предоставил в состоянии asitis:
— План, Люцифера!
— Победа, Ада!
— Выберем в пекло главного, Мада!
Факиров вам в ленту. Не прощаемся.