***Бабачки***

На усыпанном цветами лугу около монастыря резвилась кошка Элла. Она махала сачком и делала вид, что ловит бабочек. Ячейки в сетке были намного больше, чем любая бабочка, поэтому бабочки пролетали сквозь сетку, садились кошке на плечо, на хвост, на нос с таким видом, будто ловят кошку Эллу. Это ее несказанно забавляло. Тут на поляне появился СуньВынь. Недавно он вычислил, что являецца китайцом в шестом поколении. Расширение знаний в математике его тоже несказанно забавляло, и он поставил себе за цель поведать об этом всему читающему миру. Сейчас же объектом его интереса, в который уже раз, стала мирная и добрая кошечка (шутю, стервозна она порядком — от главреда).

— Эл, у тебя неправильная форма ячеек в сетке. Они квадратные, а должны быть септагональными, тогда скорость бабочек будет приближаться к скорости света и тебе сподручнее будет их ловить, — с пафосом толкнул он умную речь.

— О каких бабочках ты чешешь, дарагой? Здесь нет никаких бабочек, только мой сачке! Совсем тебя заслепило родовитое происхождение, а бабочкам оно в натуре шо есть, шо нет, — ответила ЭлШу скромно, — но раз ты просишь, то, пожалуйста.

И она метко накинула сачок на голову СуньВыню. Китайская широкополая модняча шляпка упала на землю, а ветер, кувыркая, унёс ее в сторону минарета.

— Ото поймала карася пучеглазого, даже на ужинные беляши монахам не хватит! Плыви-давай отсюда за ветром вслед. Продемонстрируй хвалёную скорость света, удиви меня наконец-то чем-то большим, чем твои банальные заплывы по кругу, — буркнула кошка, продолжая отрывать куски яркого разноцветного саронга и фильтровать их через сетку того, шо некотори критически мыслящие индивиды называют объективной реальностью.

— Ты, драный безграмотный филолог, — обиделся СуньВынь и пошёл прочь.

— Ты целёхонька булачка, ням-ням, мне тебя будет не хвостать, — подбодрила его Элла.