***Сказ о Жадинах***

Настоятель занял СуньВыньское место в библиотеке и что-то быстро писал ажурным каллиграфическим почерком.

Из подсобки вылез прибухнувший вчера СуньВынь.

— Я с ними беседовал. Они не хотят делить твои щедрые дары, данные им, на всех.

Язык у братца заплетался после десятого стакана медовухи, которую он не делил даже с ближайшим соратником Уйо, спящим под диваном в той же подсобке, но суть в первом приближении к телу излагал верно.
— И что?!
Настоятель поднял очи горе и впал в безмолвие, уставившись на лик Луны. Луна сияла только для него исключительно в инфракрасном диапазоне.
— Есть много желающих ими завладеть, а это верная смерть. Поверь мне! Я знаю, что говорю. Я говорю, что знаю.
— Может они хотят умереть за свой идеал, Рафаэль? Ты не думал на этот счёт?
— Но, Михаэль... Инквизиция и всё такое...
— Иди, опохмелись пивком, пожалуйста... Мне нужно дописать еще несколько строк в письмо на деревню Прапрапрадедушке..
СуньВынь скрылся в подсобке. Через минуту он вернулся в библиотеку, уже трезвый шо стёклышко. Элла подозревает, что внезапно проснувшийся Уйо узрел и вкусил глоток медовухи...
— А они сознательно избрали смерть во имя своего идеала или ими двигали какие-то иные мотивы?
— Вот шо делает языческая медовуха с народом! Подь закуси... И жди... — пробасил Элла, жирный упитанный настоятельский кот, по натуре, оптимист мирового значения, если не считать китайца и американца. Он упорно не желал делить внимание хозяина с кем-либо еще, поэтому вредничал, продолжая скидывать книги на пол с верхней полки ветхого стеллабжика, и даже глаз положил на Коран.
Он про...