***Телефона, телефона***

За завтраком настоятель что-то тихонько шепнул Элле на ушко и громко вслух произнёс:

— Передай дальше!

Потом ушёл к себе. Элла незаметно подкралась к Уйо.

— Ой ты бедненький, голодненький мой котик, положу тебе сосисочку я в ротик, — и почесала его за ухом.

Уйо достал из-под стола припрятанную бутылку шампанского-не-из-шампани и начал открывать. Содержимое полилось на пол, пробка полетела в сторону мирно жующего паштет СуньВыня.

— Придурок, тебя окончательно замкнуло и наврятли уже попустит когда-нибудь, — закричал облитый жидкостью жёлтого цвета СуньВынь и побежал в пентхауз жаловаться настоятелю.

— СуньВынь, ай, СуньВынь, если круг замкнёцца, то крайний выгребает! Помни! Один за всех! — кричали ему во след Элла и Уйо.

А в гостинной в это время настоятель на пыльном столе карябал стишок:

Допустим, мир — одна сплошная голограмма, тогда понятна человека в человечестве комедия и драма.

Когда же повторится вновь программа, зациклить если на мгновенье фонограмму?

— Опля-ля-ля, — сказал он, увидев врывающегося в комнату СуньВыня, — Не прошло и тысячелетия, а уже дошло междометие.